Стынет на губах медный привкус крови
В небе вместо звезд догорают сполохи ракеты…
Где-то посреди прохлады лета дом…
Шел четвертый час затяжного боя.
Мало было нас, да осталось двое
Бывших пацанов, в молодой беспечности когда-то
Избегавших райвоенкоматы.
В личные дела вложены повестки,
Каждого ждала не жена — невеста,
Страх отогнала и считала дни до возвращенья.
Только не похож был на ученья бой.
Сбросили со скал, с дальнего уступа.
Драться здесь тоска, а не драться глупо.
Мы в горах — десант, а они — не первую неделю:
Каждый камень тщательно пристрелян.
Весь боекомплект выпущен, хоть тресни.
Нам по двадцать лет, а на вид все двести.
Двести долгих зим за спиной стоят в молчаньи строгом,
Чтобы не покинул эти горы день.
Черная трава выжженного поля.
Гор седых глава сыта нашей болью.
Взятые в кольцо, двое нас и две чеки гранаты —
Кольца обручальные солдата.
Вольная трава во широком поле,
Села-острова связаны тропою,
Я бегу по ней, поспевая за шагами деда…
Где-то посреди прохлады лета дом.
Дождь напоит нас и земля накормит,
По войскам в приказ впишут слово «помнить».
На моей земле нынче много песен не допето,
Там, где посреди прохлады лета дом.