Блондинка вышла на порог,
И только руки их сомкнулись-
В прихожей прозвенел звонок.
Она сняла привычно трубку:
Ja, bitte – голос прозвучал,
И от волненья очень тихо
По-русски кто-то ей сказал:
Ты помнишь чартер на Ганновер
В Шереметьево, в порту?
Толпа у стойки, у границы,
Я колясочку качу.
Мы проболтали, позабыли
Про родных и про еду,
Потом по хаймам потерялись,
Я пять лет тебя ищу.
Ты знаешь, в общем, наши здесь
И не такие уж родные.
У каждого свои дела,
Заботы, дети, ностальгия.
Я тоже вроде бы прорвался-
Работа, дом, Берлин, друзья.
Вот только, как заноза в горле,
На шее цЕпочка твоя.
Ты помнишь чартер на Ганновер
В Шереметьево, в порту?
Толпа у стойки, у границы,
Я колясочку качу.
Мы проболтали, позабыли
Про родных и про еду,
Потом по хаймам потерялись,
Я пять лет тебя ищу.
Она нажала молча кнопку
И не сказала ничего.
Пять лет для жизни — это много,
Мы все чужие здесь давно.
Ты помнишь чартер на Ганновер
В Шереметьево, в порту?
Толпа у стойки, у границы,
Я колясочку качу.
Мы проболтали, позабыли
Про родных и про еду,
Потом по хаймам потерялись,
Я пять лет тебя ищу.
Ты помнишь чартер на Ганновер
В Шереметьево, в порту?
Толпа у стойки, у границы,
Я колясочку качу.
Мы проболтали, позабыли
Про родных и про еду,
Потом по хаймам потерялись,
Я пять лет тебя ищу.